vanatik05 (Nataly) (vanatik05) wrote in art_links,
vanatik05 (Nataly)
vanatik05
art_links

Category:

«Чувства, наполняющие душу». (Экспрессионизм). Часть 2. «СИНИЙ ВСАДНИК» ( «Der Blaue Reiter»).

Оригинал взят у vanatik05 в «Чувства, наполняющие душу». (Экспрессионизм). Часть 2. «СИНИЙ ВСАДНИК» ( «Der Blaue Reiter»).
«Мы несем в себе зачатки всех божеств,
ген смерти и ген страсти.
Кто разделил их -- слова и вещи?
Кто смешал их -- мучения и плаху,
на которой они кончаются?»
Готфрид Бенн (1886 – 1956)
В 1909 году вместе с Явленским, Мюнтер, и другими Василий Кандинский основывает "Новое объединение художников - Мюнхен" и становится его председателем. Кредо общества: "Каждый из участников не только знает, как сказать, но знает и что сказать". Кандинский говорил, что "акцент делался на выявлении ассоциативных свойств цвета, линии и композиции».



А в декабре 1911 года Василий Кандинский и Франц Марк основали объединение «Синий всадник» («Der Blaue Reiter»), в который вошли не только художники (о них ниже), но и поэты, композиторы, архитекторы, театральные деятели и философы.
Кандинский рассказывал: «Название Синий всадник мы придумали за кофейным столом в саду в Зиндельдорфе. Мы оба любили синий, Марк — лошадей, я — всадников. И название пришло само».
Они хотели достичь не только равноправия разных видов в искусстве, но и их взаимопроникновения, они рассматривали искусство как целостное явление. Эти идеи легли в основу альманаха «Синий всадник»,



который вышел в Мюнхене в середине мая 1912 года и стал программным теоретическим и практическим документом, манифестом для развития искусства. В нем утверждалось, что на смену временным и национальным факторам должен прийти фактор общечеловеческого устремления к идеалу. Но это не отменяло творческой индивидуальности художника, «всякое произведение искусства есть дитя своего времени, часто оно и мать наших чувств», - утверждал Василий Кандинский.



Альманах дает «достаточно емкое представление об источниках, питавших искусство ХХ века, заставляет читателя подойти к идее синтеза искусств как единственно правомерной форме существования музыки, изобразительного искусства, искусства слова, идее духовности этого синтеза». (http://a-pesni.org/zona/avangard/blaue.php)



Василий Кандинский (1866 – 1944) родился в Москве, в семье с древними княжескими корнями по отцовской линии. С самого детства, особенно после переезда в 1871 году в Одессу, родители поддерживали его интерес к искусству, и к моменту окончания гимназии юный Вася уже получил также музыкальное и художественное образование. По настоянию родителей он оканчивает юридический факультет МГУ. Изучая в этнографической экспедиции в Вологодской губернии крестьянское право, Кандинский заинтересовался также фольклором, природой этих мест, рисуя их, стал догадываться о своем предназначении художника. А в 1895 году он впервые увидел на Московской выставке «Стог сена» Моне, потрясение от этой выставки и работ импрессионистов окончательно подтолкнули его к отказу от юридической карьеры, профессорской должности в Дерптском (Тарту) университете и отъезду вместе с женой в Мюнхен, где он решает полностью посвятить себя живописи.



Вскоре он встречается с юной художницей Габриэль Мюнтер, влюбляется, расстается ради нее с женой. Они много путешествуют по Европе и Африке, побывали в России, занимаются творчеством и участвуют в выставках. Они прожили вместе 10 лет.
После двух лет занятий в частной школе Ажбе, Кандинский продолжает заниматься живописью в Академии художеств под руководством Франца фон Штука, приверженца югендстиля. Помните его разногласия с Отто Мюллером, так вот и с Кандинским у него не складывались отношения из-за приверженности того к «крайностям в красках». Но Кандинский все же оканчивает Академию и ищет свой художественный язык среди многих стилей того времени. Мы можем видеть влияние импрессионизма,



и элементы русской фольклорности, с еще четко выписанными фигурами и предметами,



И влияние французских фовистов, с их ярким желтым цветом, и постимпрессионистов, у которых цвет представлял собой самоценную величину.



Занимаясь созданием и руководством "Нового объединения художников, Мюнхен", Кандинский уже тогда начинает балансировать между абстракцией и фигуративностью, все больше склоняясь к абстракции, приходя постепенно к убеждению, что главным в картине является не сюжет, а сочетание линии и цветового пятна. «Цвет - это клавиш; глаз - молоточек; душа - многострунный рояль. Художник есть рука, которая посредством того или иного клавиша целесообразно приводит в вибрацию человеческую душу», - писал он. В его картинах мы видим сгустки красочных масс, а натура плавает в них, бесформенная и безличная.



После создания объединения «Синий всадник» и в ходе работы над Альманахом «Синий всадник» у Кандинского, кроме его друга и сподвижника Франца Марка, появилось много единомышленников. Они, как и он, работали сначала в стиле экспрессионизма, но большая их часть тоже вскоре обратилась к абстракционизму. А Кандинский возвращается в 1914 году в Москву, с воодушевлением включается в общественную и художественную жизнь страны, много работает и чувствует себя нужным и уважаемым в среде людей искусства.



Через короткое время после революции, уже к двадцатому году становится востребованным совсем другой стиль – соцреализм, идеалогизированный и стилистически ограниченный. Кандинский в 1921 году навсегда покидает страну, возвращается в Германию. Но и там вскоре «расцветает» нацистская идеология, начинаются массовые гонения на «чуждые» национал-социализму художественные направления, и Кандинский эмигрирует в 1933 году во Францию.



Там закончилась его жизнь, лидера в мире искусства, теоретика и организатора, одного из родоначальников абстракционизма, художника, которым восхищаются до сих пор во многих странах, а три страны – Россия, Германия и Франция - считают его своим национальным достоянием. В 2007 году в России учреждена ежегодная Премия Кандинского.
Ближайшим другом и сподвижником Василия Кандинского, создавшим вместе с ним объединение «Синий всадник» и Альманах, для которого он сделал обложку и в котором написал 3 заглавных эссе, был



Франц Марк (Franz Moritz Wilhelm Marc,1880-1916). Он родился в семье отца-юриста, еврейского происхождения, и матери-кальвинистки, тихий и умный ребенок еще в гимназии увлекся философией Ницше, поступил на факультет теологии и философии Мюнхенского университета. После срочной службы в армии, в биографии Марка не указывается причина, но он решает бросить философию, не становиться священником, как думал раньше, а посвятить свою жизнь живописи. Он поступает в Академию художеств, едет в Париж для копирования старых мастеров, но увлекается модерном, романтизмом и полностью охвачен восторгом от Ван Гога и Гогена.
Франц обожал животных, много времени проводил в зоопарке и говорил: «Я хочу обострить свое восприятие органического ритма всех вещей, расширить пантеистическое ощущение мира, живого пульсирующего потока крови в природе, деревьях, животных и воздухе… Я не знаю лучшего способа подобного „оживления“ искусства, чем изображение животных».



С животными у Марка всегда складывалось проще, чем с людьми. Но с Кандинским они сошлись настолько близко, что после гибели Марка на войне Кандинский отказался возрождать проект Альманаха, сказав: «Синий всадник» — это были мы двое: Франц Марк и я. Мой друг погиб, и мне одному не хотелось бы предпринимать что-либо".
Среди множества картин Марка, посвященных животным, особенно выделяются те, что повторяются в разных вариантах и посвящены лошадям, одна из них даже стала символом Объединения и Альманаха «Синий всадник».



Она, как и еще 650 картин художников, объявленных нацистами представителями «дегенеративного искусства», была изъята и пропала, поиски ее после войны не увенчались успехом, остались только репродукции. «Сегодня мы ищем в природе то, что сокрыто за пеленой внешности... Мы ищем и пишем внутреннюю, одухотворенную сторону природы», писал Марк. И даже предвоенное, тревожное настроение ему удалось передать через смятение в природе, царящее в одной из его самых значимых картин.



Он писал о ней: «Это сродни предчувствию грядущей войны — сокрушительной и жуткой. Мне даже трудно поверить, что это я создал такое полотно».
И это предчувствие не обмануло художника. Он пошел добровольцем на фронт Первой мировой войны с искренним желанием обновления и очищения Европы, но погиб в боях под Верденом от осколка снаряда, так и не узнав, что правительством был издан указ об отзыве с фронтов ценных для страны художников, и Франц Марк был в этом списке.
У Франца Марка, был близкий друг, которого он познакомил с Кандинским, и привлек в объединение «Синий всадник», - это был



Август Маке ( August Robert Ludwig Macke, 1887-1914). Он родился в семье инженера-строителя, любившего искусство и даже писавшего пейзажи, коллекционера и любителя японских гравюр. Юный Август начал рано рисовать, в основном акварели, хотел посвятить свою жизнь живописи, но отец возражал – боялся, что увлечение сына не принесет ему в будущем достатка. Но Маке, все-таки, бросает гимназию в Бонне и поступает в Дюссельдорфскую художественную академию, продолжает писать пастелью и акварели, делать зарисовки на улицах и в парках. 78 альбомов зарисовок осталось в его наследии.



В эти годы он много путешествует по Европе, попадает под влияние французских импрессионистов и фовистов, знакомится с Францем Марком, другом на всю оставшуюся короткую жизнь. Они были такие разные – спокойный, вдумчивый и сосредоточенный Марк и вспыльчивый, эмоциональный, увлекающийся Маке. В разлуке они переписывались, а в работе помогали друг другу и даже рисовали вместе.



Творчество Матисса, работы которого он увидел в Париже, произвело на Августа такое впечатление, что он начинает в 1910 году учиться в частной художественной школе на курсе Ловиса Коринта, известного немецкого импрессиониста. Франц Марк знакомит его с Кандинским, и вскоре он вступает в объединение «Синий всадник», но его живопись отличалась от работ коллег большей гармонией образов и меньшим буйством красок.



В творчестве последних лет жизни сказалось влияние не только постимпрессионизма и довольно мягкого экспрессионизма, но и прослеживаются уже элементы кубизма с сохранением присущего Маке чистого и пронизанного светом колорита.



В 1914 году, побывав в Тунисе, сделав там множество зарисовок, он возвращается в Германию с новыми творческими планами и надеждами, которым не суждено было претвориться в жизнь. Его призывают в армию, на Западный фронт, и он погибает в возрасте 27 лет. Последняя его работа



оказалась пророческой. Его безутешный друг Франц Марк, тоже вскоре погибший на этой войне, написал в некрологе: «С его уходом гармония красок в немецком искусстве во многих его мелодиях должна потускнеть, звук стал приглушенным и сухим. Изо всех нас именно он дал цвету самое светлое и чистое звучание, столь же светлое и чистое, каким было все его существо».
Еще одним знаковым членом «Синего всадника», теоретиком искусства, другом Кандинского, с которым они вместе учились в Мюнхенской академии художеств, часто встречались в домашних условиях и вместе музицировали, а позже вместе преподавали в знаменитом Баухаузе, был



Пауль Клее (Paul Klee, 1879 - 1940) . Он родился в Швейцарии в семье музыкантов, сам прекрасно играл на скрипке и пел. После окончания Академии Клее путешествовал по Италии, был потрясен искусством художников и архитекторов эпохи Возрождения, но не следует классическим образцам, а занимаясь преимущественно графикой, отводит линии роль главного средства выражения.



Пауль был положительным человеком, всегда спокоен и немногословен, всегда в ровном хорошем настроении, никогда ни на кого не сердился, был верным мужем, прекрасным отцом и любимцем студентов (в Баухаузе его прозвали Буддой). Он первым назвал рисунки сумасшедших и детей настоящим творчеством, верил в то, что видимый нами материальный мир только лишь один из миров.



Но он, материальный мир, отомстил ему позже, за пять лет до смерти страшной болезнью, склеродермией, отзывавшейся невыносимой болью при каждом движении. Во время войны он не был на фронте, но был призван и внес свой вклад, занимаясь нанесением камуфляжных рисунков на самолеты. Клее был прекрасным рисовальщиком, но все никак не мог полностью овладеть масляной живописью, пока не посетил в 1916 году Тунис. Эта поездка освободила его от скованности, совершенно изменила его подход к цвету и ярким краскам.



После войны Клее 10 лет работает преподавателем в Баухаузе, ведет мастерские витража, текстиля и переплетного дела, учит своих студентов быть свободными в творчестве и не следовать слепо рекомендациям учителей и авторитетов. В нем было много странного, например, умение разговаривать с животными и змеями, чувствовать себя частью природы, как деревья, птицы или кошки.



В последний, самый тяжелый год своей жизни, он почти не вставал из-за своей болезни с постели, но сумел создать, превозмогая боль и настроение, около 1200 работ! Как и большинство авангардных художников его не обошли обвинения в принадлежности к «дегенеративному искусству», и только в Цюрихе могла состояться в 1940 году его большая еще прижизненная выставка.



Арсений Тарковский посвятил Паулю Клею стихотворение, где есть такие строчки:
«…Не хотел он, чтоб его рисунки
Были честным паспортом природы,
Где послушно строятся по струнке
Люди, кони, города и воды…
…На погосте хуже, чем в музее,
Где порой слоняются живые,
И висят рядком картины Клее -
Голубые, желтые, блажные...»
(Арсений Тарковский, «Пауль Клее» (1957).
В начале этого рассказа я упомянула о создании Кандинским и группой художников "Нового объединения художников, Мюнхен", в нем самое активное участие принимала



Марианна Веревкина (Marianne von Werefkin, 1860—1938). Она родилась в Туле в богатой семье военного, ставшего позже губернатором Витебска. Ее мать была художницей, заметив склонность к рисованию у дочери, старалась обучить ее основам мастерства. После назначения отца на должность начальника Виленского военного округа семья переезжает в Вильно, где Марианна после окончания гимназии учится в Высшем женском училище. Затем переезд в Москву, обучение в Училище живописи, ваяния и зодчества под руководством Поленова, частные уроки у Прянишникова, а после очередного нового назначения отца она переезжает в Санкт-Петербург и берет уроки у Репина.



Там она знакомится с Алексеем Явленским, ставшим не только ее другом и единомышленником, но и возлюбленным. Случайная рана – простреленная на охоте правая рука – потребовала серьезного лечения в Германии и после смерти отца Марианны пара переезжает в Мюнхен, они путешествуют по Европе, изучают французскую живопись. Только в 1906 году Марианна снова берется за кисти, но ее техника совершенно изменилась,



она стала часто использовать грифельный карандаш и тушь, цвета стали ярче. После создания «Синего всадника» Марианна участвует в выставках, дружит и вместе обсуждает проблемы искусства с Кандинским и Гюнтер, часто спорит с ними, так как в отличие от них Марианна и Алексей не были приверженцами абстракционизма. Они оба не теряли связи с Россией, у брата Марианны, губернатора Ковно, было в Литве имение, в котором Марианна часто жила и работала.



После начала Первой мировой войны Марианна и Явленский уехали в Швейцарию и поселились в Асконе, где Марианна прожила всю оставшуюся жизнь, расставшись в 1921 году с Явленским. Она создала в Асконе Музей современного искусства, куда ее друзьям удалось вывезти из Мюнхена после прихода к власти нацистов принадлежавшие ей картины. В последние годы жизни она много болела, в последний путь ее провожала вся Аскона, ее любили жители города.



О себе она писала так: «Я творю с утра до вечера, с вечера до утра. Я творю людей, меня окружающих, я создаю чувства, которые ощущаю или которые внушаю, я создаю ситуации и впечатления. Жизнь так мала для множества вещей, которые я чувствую, поэтому я выдумываю их в себе, вне себя». (Марианна Веревкина, «Письма неизвестному»).
Марианна Веревкина оказала большое влияние не только на развитие теории и практики экспрессионизма в целом, на работу объединения «Синий всадник», но и на становления как художника-экспрессиониста своего возлюбленного.



Алексей Георгиевич Явленский (Alexej von Jawlensky, 1864-1941 г.) родился в семье потомственных военных, и с детства его будущее было определено – кадетский корпус, военное училище, офицерская карьера. Но молодой Явленский, почувствовав тягу к живописи, поступает во время прохождения службы в 1890 году в Академию художеств, в мастерскую Ильи Репина, где и знакомится с Марианной Веревкиной. В 1896 году он оставляет военную карьеру и уезжает с возлюбленной в Мюнхен. Вскоре Явленский познакомился и подружился с Кандинским, увлекся поисками цветовой гармонии, постепенно все более осветляя и делая ярче свою палитру.



После долгих поисков и сомнений, экспериментов с цветом и линией в 1911 году Явленский находит свой индивидуальный почерк, на его картинах буквально «полыхают» краски, а основным содержанием картин становятся так называемые «головы». После распада созданного с его активным участием «Нового художественного общества - Мюнхен», он вместе с Кандинским и друзьями создает объединение «Синий всадник» и принимает участие в его выставках.



С началом Первой мировой войны Алексей и Марианна переезжают в Швейцарию, а художественная манера Явленского окончательно формируется, образы становятся более обобщёнными, без деталей и подробностей, а цвета, сохраняя яркость, не имеют переходов и наслоений. Он делит свое творчество на 3 основные группы: свои любимые «головы», натюрморты и пейзажи.



В 1921 году Явленский окончательно расходится с Веревкиной и вместе с матерью своего ребенка переезжает в Висбаден, создает в 1924 году объединение «Синяя четверка», недолго просуществовавшее. Кредо его заключалось в том, что синий цвет – символ свободы и полета души. В основном выставки этого объединения проводились в США.



Последнее десятилетие жизни художника было омрачено болезнью глаз и тяжелым артритом, что ограничивало его возможность писать, в Германии тем временем конфисковали его картины, как представляющие собой «дегенеративное искусство». Его болезнь прогрессирует, ему уже приходится привязывать кисти к малоподвижным рукам, но он создает огромную серию, более 1000 картин, под названием «Медитации», где лицо человека «достигает крайней степени абстракции, являясь одновременно изображением и лица, и креста» (http://www.calend.ru/person/908/) .



Алексей Явленский говорил: «Моя работа – это моя молитва, страстная молитва, высказанная красками».
Говоря об экспрессионистах нельзя не сказать о многолетней подруге Василия Кандинского, сподвижнице и единомышленнице



Габриеле (Габриэль) Мюнтер (Gabriele Münter, 1877 – 1962). Она родилась в Берлине в семье зубного врача, но в 9 лет осталась без отца, в 10 – без любимого брата, а в 20 – без матери. Они с сестрой уехали в Америку, где много рисовали и увлеклись фотографированием и велосипедными прогулками. Вернувшись в Германию, Габриэль поступает в Мюнхенскую школу «Общества художниц», а в 1902 году начинает заниматься в школе при объединении художников «Фаланга» где преподавал в то время Кандинский. Вскоре у них завязывается роман и следующие 10 лет они живут вместе, несмотря на то, что Кандинский был женат. Они вместе и врозь много путешествуют, живут некоторое время в Париже, Габриэле ищет свой собственный почерк, явно находясь еще под влиянием французских импрессионистов.



В 1908 году они с Кандинским покупают дом в Мурнау, живут там открыто вместе, но так и не вступают в законный брак, Кандинский до сих пор не разведен. Они много работают, Кандинский все больше увлекается абстракционизмом, а Мюнтер подружилась с Марианной Веревкиной и была очарована творчеством Явленского, считая его выдающимся художником, называя его "французом".



В 1911 году Кандинский, наконец, разводится с женой, а после начала Первой мировой войны едет с Мюнтер в Швейцарию, но их отношения уже явно подходят к концу, и больше носят деловой характер. Габриэль остается в Швейцарии, увлекается техникой живописи на стекле, занимается делами альманаха «Синий всадник», а Кандинский едет в Москву. Больше они с Габриэль никогда не увидятся.



Кандинский встречает в Москве Нину Андреевскую и вскоре женится на ней, какое-то время не решаясь признаться в этом Габриэль. Только в 1921 году она узнает от адвоката Кандинского о полном разрыве, возвращает ему по его требованию личные вещи и часть картин и перестает на долгие 10 лет заниматься живописью. После прихода к власти нацистов и гонений на авангардное искусство, Мюнтер спрятала работы Кандинского в подвале дома, а в 1957 году, в день своего восьмидесятилетия, передала картины и весь архив мюнхенской Городской галерее Ленбаххауз, что позволило значительно расширить знания об экспрессионизме, «Синем всаднике» и его участниках.



Габриэль Мюнтер прожила долгую жизнь, пережив на 18 лет Василия Кандинского, своего учителя и возлюбленного, так и не ставшего ей мужем.
Среди друзей художников-экспрессионистов были и такие, которые входили в объединение «Синий всадник», участвовали в его выставках, но не
проявляли активности в его работе, как например, Генрих Кампендонк (Heinrich Mathias Ernst Campendonk, 1889-1957).



Основными героями его картин были люди и животные в разных обстоятельствах. Кампендонк уехал в 1933 году после прихода нацистов к власти в Нидерланды и жил там до конца жизни.
Некоторые художники не входили в объединение, работая в том же направлении, о них следовало бы написать отдельно, но я только упомяну тут двоих из них, наиболее знаменитых.



О́скар Кокошка (Oskar Kokoschka, 1886 – 1980), австрийский художник, драматург и писатель чешского происхождения, ученик Густава Климта, ведущий представитель австрийского экспрессионизма. Его картины часто были насыщены таким количеством эротики и насилия, что вызывали отторжение у любителей традиционного искусства.



Прожив долгую и насыщенную жизнь, он еще успел застать возвращение интереса к экспрессионизму и появление в конце 70-х «Новых диких».
Один из самых известных французских экспрессионистов, родился в многодетной семье в России, в еврейском местечке под Минском, -



Хаим Сутин (Chaim Soutine. 1893-1943). При жизни и до сих пор его биография во многом остается загадкой и изобилует белыми пятнами. Любитель ярких красок, особенно красной, испытывая к ней патологическое влечение, он часто «заливал» свои картины кровью, изображая мертвых животных, возможно, сказывалось еще и влияние обожаемого им Рембрандта.



В последние предвоенные и военные годы Сутин был в подавленном настроении от ужаса антисемитизма и происходящих в Европе событий, умирает он в 1943 году в Париже от неудачной операции.
Понятию экспрессионизм нередко придается более широкий смысл, им обозначают явления в разных видах искусства, выражающие тревожное, болезненное мироощущение, присущее различным историческим периодам. Я постаралась дать общее представление об этом направлении в живописи, о его зарождении и расцвете. Можно с уверенностью сказать, что он оказал огромное влияние не только на появление «Новых диких», но и на развитие всего авангардного искусства в целом.
«Немецкому экспрессионизму исполнилось сто лет. Столетнее дитя выглядит юным, здоровым и по-прежнему привлекательным.» (Борис Рохлин. Урок немецкого: группа "Мост")
Как всегда я предлагаю вам посмотреть слайдшоу в сопровождении музыки немецкого композитора Арнольда Шенберга. В клипе 104 репродукции, и он длится 12 минут.


Ссылки:
1. http://de.academic.ru/dic.nsf/dewiki/31398
2. http://www.wassilykandinsky.ru/
3. https://de.wikipedia.org/wiki/Der_Blaue_Reiter
4. http://expressionists.ru/
5. http://inieberega.ru/node/361

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment